Эволюция разводов и жен

 

Интересное явление: наши женщины ввели новую моду — дружить со своими бывшими мужьями. Собственно, мысль эта глубоко антинаучна, потому что никак не подтверждена статистикой. Но, согласитесь, простое человеческое наблюдение тоже имеет право на жизнь.

Что-то сместилось в людской психологии. Вот старшее поколение знало толк в настоящих разводах. Оно умело выставить заурядное в общем-то событие настоящей трагедией. Брошенные (именно так!) дети, сломанная женская судьба, растерзанная на клочки жилплощадь. Мужья, уходящие от жен, осуждались однозначно. Поощрялись жены, прогонявшие дерущихся мужей-алкоголиков, но лишь прогонявшие абсолютно бескорыстно, а не ради какой-то там новой любви. В этом была сермяга. Правда, еще в детстве меня изумлял излюбленный женский аргумент. Вроде и жили столько-то лет неплохо, а как свалил к другой – «Он загубил мою молодость». Будто бы молодость губится не временем и далеко не у всех.

А теперь, повторяюсь, целая категория женщин (молодых, разумеется) с бывшими мужьями очень тепло общаются. Вплоть до такого неприличного атавизма, как исполнение супружеских (или уже экс-супружеских?) обязанностей. Крепкой дружбы удостаиваются, конечно, не все мужчины. А те, которые после развода, юридического или фактического, продолжают хорошо обеспечивать — имеют возможность и желание. Несостоятельным мужчинам разводиться по-прежнему невыгодно и мучительно.

Есть навязчивое ощущение, тоже не подтвержденное статистикой, что граждане, востребованные рыночными отношениями, поголовно рушат семейные. Несколько лет назад мы перетирали эту тему с подругой, сидя на скамейке у памятника великому русскому поэту. Муж у подруги — бизнесмен, их тусовка, разумеется, не голодранцы. Подруга сокрушалась, что все знакомые побросали поношенных жен и ринулись примерять новых. Она, конечно, знала: подобное происходило и раньше. Она не понимала, почему теперь это принимает массовый характер: семьи-то создавались по любви, выдержали юношескую нищету — жить бы да жить сегодня в достатке.

Когда государство рабочих и крестьян еще не распалось на воров, челноков и нищих, оно активно прилагало усилия, чтобы не распадались и семьи: семейные люди надежнее. Стабильность поддерживалась во всем:  гарантированное трудоустройство, проработал двадцать лет на одном месте — вот тебе медаль «Ветеран труда», а это льготы. Не было такой узаконенной формы заработка: увидел, что получше, — схватил — умчался. Были надбавки — за долготерпение и верность. Те же установки скрепляли и многие семьи. Спрос, как известно, рождает предложение.

Раньше спрос на женщин устанавливала страна. Стране требовались не стройные ноги, а стройные ряды неброских внешне, а лишь светящихся внутренним светом примерных матерей и одновременно передовиц производства. Ныне спрос на женщин диктуют богатые мужчины. Надо — и современные девушки дружно вытянулись за метр восемьдесят, а разве взрослые жены на такое способны?

Изначально перестройка в смысле семейных отношений развивалась красиво. Мужчины получили возможность зарабатывать, женщины — сидеть дома, побросав опостылевшие конторы (женщины, именуемые деловыми, — это уже отдельная патология). Ведь для большинства женщин любимая работа — быть женщиной. Дети, само собой, сильно выиграли: с ними теперь нянчились собственные матери, а не чужие тетки-воспитательницы.

К примеру, мой сосед. В застойные годы он лет десять отпахал на непрестижном заводе, а случились реформы — завод и захирел, перестали жалованье выплачивать. Погоревал сосед и отправился на рынок жвачкой торговать. СперваЮ делал он свое новое дело с отвращением, у него даже развилась небольшая мания преследования: все мерещилось, что вот-вот бывшие коллеги наткнутся на него в сумасшедшей толчее Лужников и застанут за немужским занятием. Но когда за целый год никто его так и не застукал и следовательно не осудил, он прямо-таки вошел во вкус и даже сделал своеобразный карьерный прыжок: продает лазерные диски, покупает доллары и копит на трехкомнатную квартиру.

Мой сосед — не самый показательный случай. Многие ведь сразу вливались в более престижные виды бизнеса. О них-то в основном и речь. Кем были бы эти преуспевающие, деловые, подметки на ходу рвущие, по головам прущие мужского рода особи при застое? Однозначно — потенциальные карьеристы (потенциальных уголовников мы не рассматриваем, они жили и живут не по кодексу строителя коммунизма, капитализма, феодализма, а «по понятиям»). Ну и далеко бы карьерист сбежал во время оно от своей семьи? Что, парткомы, профкомы да месткомы зря свой хлеб грызли? Ну сбегать там по-тихому налево — это еще куда ни шло, а вот сажать собственных детей на алименты могла себе позволить разве только творческая богема, отчасти беспартийная.

Самое смешное — моя глупость. Недальновидность, наивность, если мягче. Когда заварились все эти рыночные дела, я научилась жалеть мужиков. Прежде-то им приходилось крутиться поменьше нашего: на работе половое равноправие, дома — патриархат. А теперь вот им разрешено (следовательно, и положено) шевелить мозгами, вкалывать круглыми сутками, бегать с одного места на другое, ища, где поденежнее. Истинно: на их не развитые развитым социализмом плечи внезапно обрушилась полная ответственность за материальное благополучие семьи. С женщины же, кроме традиционного борща да умытой рожицы ребенка, спрашивать стало будто и неприлично.

Это я еще не знала, как они на нас отыграются. Женская эйфория продолжалась недолго. Это лишь перво-наперво они так истово учились зарабатывать, что мы раньше них научились тратить. Чуть позже они дотумкали, куда можно вкладывать свободные средства, не советуясь с женами.

Вкладывать стали, в том числе и разумно, например, в недвижимость за границей. Но с не меньшим энтузиазмом и в товар скоропортящийся — в новых женщин. Как правило, в более юных, чем жены. Но с нередким исключением: просто в понравившихся.

А с женами не «расстаются друзьями» — друзьями остаются. Такой вот вид развода без девичьей фамилии. Детишкам отстегивают не 25% (а кто нынче признается честно, сколько зарабатывает?), а как при обещанном нам коммунизме — по потребностям. Если возникает откровенное хамство: платят мало, а ужинают в ресторанах, жены пугают уже не парткомом — налоговой полицией. Это, конечно, не совсем по-дружески, но женщине, слабой и беззащитной, всегда приятно привлечь на свою сторону карательные органы. Любые.

Некоторые женщины, спорить не стану, после развода выходят на службу (когда стремятся к независимости и самоокупаемости), некоторые — годами пытаются выйти (от скуки и тоскливых воспоминаний о прошлом). Но так природа распорядилась, что большинство женщин зарабатывать умеют не очень хорошо. Гораздо лучше им удается рожать детей и гладить рубашки.

Многим брошенным женам приходится оставаться на содержании, а это, как тут не раз повторялось, обязывает к дружбе — ведь содержат тебя не по официальному брачному контракту, а из милости, грубо говоря. Типичная ситуация: до развода были сплошные жалобы на мужа — хам трамвайный, домостроевец, самодур, жадина, эгоист и проч. А как разбежались — попробуй только задеть его неуместной шуткой в присутствии бывшей жены. Друг в беде не бросит — в традиции лучшей части адвокатуры ненужная женщина встает на защиту чести и достоинства нужного пока еще мужчины. Вывод: не будем опрометчивы в проявлении жалости к разведенным подругам.

Кажется, в стране, где господствующей религией вместо соцобязательств вновь объявлено христианство, незаметно приютился ислам. Вернее, та его часть, что вопреки ныне действующему закону благоволит состоявшемуся (состоятельному) мужику, позволяя ему многоженство.

Оказывается, при наличии денег и отсутствии стопроцентного жлобства не так уж и трудно жить на две (минимум) семьи. Главное — приноровиться. То есть поменьше трепаться в одной семье о том, сколько ты тратишь на другую. К несчастью, современные мужчины хвастливы и болтливы, им иногда и этого малого не удается. А раз не удается, начинаются скандалы, выяснение дружеских отношений.

Мужчины тоже не стесняются лезть к бывшим женам со своими претензиями. Пугливые женщины так никого годами и не заводят; те, кто посмелее, больше фокусируются на сути. Хочешь дружить — умей вертеться.

Иные так истово дружат со своими бывшими, что совершенно не остается времени и сил на дружбу с чужими или ничьими мужьями. И в целом эта ситуация втягивает женщину в заколдованный круг. А женщины и без того более иррациональны и алогичны, нежели рациональны и логичны, — азбука. А где заколдованный круг, там и колдуны. Маги, экстрасенсы, целители и врачеватели, гадалки, ясновидящие. Ясно видящие толстые кошельки затосковавших на пенсионной дружбе гражданок. Женщине, которой всегда непонятно, за что ее бросают, уютно прислушиваться ко всем, кто непонятно о чем вещает. Снимать теперь с женщин можно все что угодно: сглазы, порчи и так далее — вплоть до креста. Как раньше сходились и расходились без этой нечисти? Видимо, обходились сопереживанием подруг и родственников. Эх, деревня!

Рано или поздно, но анальгин темных или «божественно светлых» сил (тут уж кто как сам себя величает) на организм действовать перестает. И тут женщинам остается одно: включать логику. Женщина, предположим, тоже человек, следовательно, и у нее должна ну хоть в зачатке существовать человеческая логика, но все равно картина это ужасная. Ведь со своим зачатком женщина стремится проникнуть туда, где логике вообще не место. В любовь, в рынок симпатий, просто в половые влечения. Начинаются рассуждения: а чем я оказалась хуже нее?

Самые добросовестные пытливо выискивают в себе многочисленные недостатки, прежде не слишком мешавшие жить. Если соперница молодая и стройная, бросаются в спортзалы и отдаются в руки массажистов. Если вызывающе домовитая — с головой уходят в кулинарную книгу. Когда ж новое пристрастие мужа, по общему признанию, — безупречная хамка, бездельница, да еще и с кривой рожей, бывшие жены стремятся доказать, какие они сами незаменимые антиподы. И удивляются: воз и ныне там. Бог их разберет, мужиков, почему сначала они завоевывают нас, а потом мы тщетно стараемся отвоевать их обратно.

Однако аккуратное следование логике в отличие от кормежки экстрасенсов, которым, чем больше враждующих в этом мире, тем прибыльнее, только скрепляет пресловутую дружбу. Бывшему мужу не противно и не совестно по нескольку раз в неделю посещать малую родину, где теперь уж наверняка вкусно накормят, расспросят о работе и представят на обозрение ухоженных, в почтении к отцу воспитанных отпрысков. Мужчина даже гордится: ведь это именно он внес свою судьбоносную материальную лепту в сладкое благополучие некогда существовавшей семьи.

Ну у кого повернется язык сказать, чем плоха эта новая мода — дружить со своими бывшими мужьями? Мы, женщины, тщательнее обычного соблюдаем личную гигиену, бесконечно принаряжаемся, прихорашиваемся, не пренебрегаем диетами. Может, отчасти мы стараемся для каких-то абстрактных принцев (не Чарльзов, Боже упаси). Но ведь в основном для конкретных, почти своих еще кумов королю. Для лучших друзей.

Видимо, до сих пор мы их, поганцев, любим. Допускаю: кто-то даже сильнее, чем раньше. Грустно, что браки, которые совершаются на небесах, на земле, куда ни глянь, завершаются.

Cтатьи из категории «Любовь и Отношения»:

1 балл2 балла3 балла4 балла5 баллов (Нет рейтинга)
Загрузка...